Ты начинаешь замечать меня только тогда, когда я злюсь. Между этими злыми состояниями меня для тебя не существует. А существует та незаметная часть меня, которая обслуживает твою жизнь. Но я так не могу. Больше. Не моё это – быть бабой постирухой, бабой поварихой (бабарихой). Нет, мне не трудно это делать. Но я – человек. С образом мысли и взгляда. Я разучилась говорить вслух. Потому что мне не с кем говорить. С учениками я работаю. Мои методики – это не разговор, это результат, выводы.

А мне нужен обычный разговор. С близким мне человеком. Но не такой, в котором ты сел бы напротив и сказал: — Ну, я тебя слушаю, говори.

Это не разговор. Это – боль. А мне боли хватает.

Мне хотелось бы обсудить с тобой – как ты, как я понимаю, что такое счастье, вера, любовь, правда, искренность, зачем живём мы с тобой? И это важно, потому что, не зная мнения твоего, а ты – моего, мы каждый идём своим путём – в разные стороны. И ответы эти появляются не сразу, и не по списку, а только из побуждений и желания знать друг друга, из жизни вместе, из просматривания, как фотографий, каких-то деталей жизни. И не на оскорбления идущие, а на созидание друг друга.

Но наши редкие разговоры похожи на поле битвы. В них каждый доказывает свою правоту.

В таком случае – зачем мы нужны друг другу, если мысленно мы живём порознь?

Это вопрос.

И я заранее знаю – ты не ответишь на него, потому что тебе эта часть жизни не интересна. Куда интереснее отслеживание военных конфликтов.

Летом прошлого года я сделала вот такую запись в дневнике от 29/07/2014: «Я не смогу заниматься с тобой любовью после того, как ты насытился информацией об убитых и раненых на войне. Вокруг меня война.  Мне будет казаться, что я умерла, а тебя это возбуждает. Я хочу заниматься любовью. А это значит только одно – вокруг должна быть любовь».

Что нам стоило сесть не напротив друг друга – за ужином, или обедом, а рядом, касаясь плеча друг друга? И просто поговорить. И не единожды, а превратив это в правило – чтобы знать мысли друг друга…

Да, я чувствую себя одинокой. И не стоит списывать это на творческую натуру.

Одиночество при жизни вдвоём – это ещё больнее, чем настоящее одиночество.

Я понимаю, мне следовало бы заткнуть в себе этот фонтан слов на бумаге. Заткнуть, как и свою мечту. Заткнуть, как и свою нереализованность. Заткнуть. Чтобы что?

А, может, это вокруг нас демоны летают? Пройдёт 40 дней и станет легче. И не надо искать виноватого. Надо жить дальше. Но надо что-то изменить. Главное, не наговорить друг другу невозвратного.

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован. Обязательные поля помечены *

Навигация по записям